[X] Помощник

[Эдгар]

Были первые числа июля. Эти, казалось бы, летние дни выдались в Санкт-Петербурге холодными и неприветливыми. Ясное небо в одно мгновение затягивали тучи и, сопровождая лёгкие порывы ветра, начинал моросить мелкий, доводящий до исступления дождик. Заканчивался он также внезапно, как и начинался, являя собой отражение непредсказуемости истинно питерской погоды. В такое время хорошо предаваться приятным воспоминаниям, уютно устроившись с любимым напитком у горящего очага, где-нибудь подальше от шумных городов, в тишине величественного леса.

Впрочем, человеку, находившемуся на заднем сидении автомобиля, припаркованного в нескольких десятках метров от опустевшей автобусной остановки, это было неинтересно. В полном молчании и абсолютной тишине он сидел и внимательно наблюдал в окно за ней, поставив между коленей винтовку. Умение хранить тишину и не привлекать внимания - эти качества он старался совершенствовать и лелеять. Он приехал сюда за Ней.

Она немало повидала на своём веку и была крайне подозрительна и осторожна. Ей был не нужен никто. Она должна была появиться одна. Он обожал то, как Она это делала. Появляясь внезапно, подобно призраку, пришельцу из другого мира, материализуясь из неизвестности. Он знал, что, в сущности, Она действительно в чём-то сверхъестественна: Она тонко чувствовала окружающий мир. Все Её ощущения и рефлексы были направлены на восприятие гармоничности этого мира. И того, что выделяется из этой гармонии. В этом была Её тайна.

Её появление не стало для него неожиданностью. Он старался не думать о Ней, не выделяться из целостности окружающего мира. Плавным, отшлифованным движением он поднял винтовку, чуть высунув кончик ствола из автомобиля. Это мгновение он любил больше всего: именно сейчас незримая, призрачная связь соединила три части этого мира - Его, Её и винтовку. И он был готов эту связь оборвать. Казалось, что его сердце перестало биться. Всё, что имело сейчас значение, - это непередаваемое ощущение под кончиком указательного пальца.

Стекло с тихим жужжанием медленно опустилось. Луч солнца, на мгновение появившийся из-за расступившихся туч, блеснул в линзе оптического прицела и снова исчез. Он аккуратно нажал на спуск. Винтовка мягко толкнула его в плечо, и на мгновение тишину нарушил тихий хлопок. Он понял, что выстрел, который потребовал столько времени и терпения, был точен. Еще мгновение она не понимала, что происходит, но уже чувствовала, как жизнь стремительно покидает Её тело. Из движений улетучивались плавность и сверхъестественность, ещё мгновение - и Она рухнула на асфальт дороги. Ворона была мертва.

Двигатель автомобиля завелся, и легковушка тронулась с места. Вечер начинался удачно.

Продолжение не гарантированно.

Сообщение отредактировал Эдгар - 17.9.2007, 1:21

[snake]

Написал с ходу, особо не вдвался в проверки.

Не делайте так! Дайте тексту отлежаться хоть пару дней, потом перечитайте.

Чем таким забористым Вы поите свою музу? Текст шарается туда-сюда на всех уровнях:

Дождь то идет, то прекращает, то опять начинает идти, то проедет икарус (кстати, почему с большой буквы?), то появится жертва, то опять застучат капли и уедет автобус. Человек у Вас все время только и делает, что углубляется в чтение, причем этот процесс не несет никакой ни смысловой, ни эмоциональной нагрузки. Вобщем, не текст, а винегрет из сумбурных действий, описаний, философских вставок с претензией на поэтичность. Это был верхний уровень.

На среднем уровне, такое же шараханье:

Человек, сидевший на заднем сидении автомобиля, стоящего в нескольких десятках метров от старой автобусной остановки, как раз ждал этих моментов. Именно в тогда появлялась Она. Сейчас человек углубился в чтение журнала.

Вообще-то, все предложения в абзаце должны объединяться какой одной мыслью, которую они выражают и развивают. Какая мысль здесь? Человек сидит, автомобиль стоит около остановки, Она может появиться, человек углубляется в чтение — не вижу, что тут главное, просто сваленные в кучу факты.

Дождь перестал барабанить по крыше. Человек отложил журнал, взял в руки винтовку и стал ждать. Однако, всего через несколько минут дождь пошел снова. Он положил винтовку обратно и снова углубился в чтение.

Зачем этот абзац, что он добавляет к характеру героя, к действию? В течении этого куска текста абсолютно ничего не изменилось и кончилось все тем, с чего началось.

На уровне отдельных предложений те же шараханья из края в край:

По дороге резво, расплескивая лужи, катился старый, слегка помятый, Икарус.

Видите ли, каждый эпитет тянет восприятие в свою сторону, а здесь в одном предложении рядом совершенно неоправданно воткнуты "резвый" и "старый" — ведь это совершенно противоположные определения! И такого у Вас полно. При чтении подобного текста внимание постоянно дергается из одного края в другой, это очень утомляет. Вы уж решайте, что в предложении главное.

Вобщем, очень много бестолковой воды, есть повторы и нагромождения причастных и деепричастных оборотов, куча неуместной патетики.