[X] Помощник

[Княжна]

Сейчас, как никогда за все его восемнадцать лет жизнь казалась ему настолько никчемной, что от нежелания составлять всего лишь ещё одну живую оболочку этого мира, он мечтал поскорее обрести вечный покой в смерти. Сидя на ледяном каменном парапете, он с каким-то неприсущим ему желанием всматривался в темнеющую пустоту пропасти под мостом. Он видел в ней боль, томительную, жгучую, раздирающую на части все тело. И вечное беспамятство после неё. Это то, чего он хотел и желал больше всего на свете, таком огромном и пустом.
Яркая луна на мгновение ослепила его, когда он поднял свой взгляд на ночное небо, покрытое сверкающими звездами, мелькающими то там, то здесь в дырявых кусках мягких туч. Он стал медленно подниматься на ноги. Выпрямившись в полный рост, он раскинул руки в стороны. Искренне наслаждаясь каждым моментов своего нахождения в этом пугающем и прекрасном мрачном месте, юноша закрыл лаза и втянул ледяной, обжигающий легкие воздух. Всего лишь на пару мгновений в его голове возникли лица его родных, и он представил себе их удивление, а может быть и облегчение. Кто-то из них улыбался, кто-то покачивал головой и приподнимал брови, цокал языком, грозился пальцем, злобными взглядами сопровождающие каждое его действие. Они смеялись, он ничего не может. Они его недооценивали. А ведь он и правда ничего не сделал в этой жизни. И не сделает, неудачи сопровождали всю его жизнь. Выбивали из колеи, заставляли каждый день опускать голову все ниже, прогибаясь под чувством собственной никчемности.
Больше он не будет терпеть. У него просто не осталось сил, на что-либо кроме жалости к самому себе. Ничего кроме боли… Кто вспомнит, что когда-то был такой человек как он?
Лучше бы ему никогда не появляться бы на этот свет.
Резко раскрыв глаза юноша шагнул навстречу тьме.
И столь же резко кто-то обхватил его поперек туловища и дернул назад. Он подумал, что от боли, которую он испытал при падении на мостовую, голова его разлетится на мелкие кусочки.
- А ну-ка вставай, щенок! Что ты тут удумал? Прыгать? Ну, уж нет!
Тьма, окружающая возвысившуюся над его телом грузную фигуру, не могла изменить голоса. Голос дяди, от которого голова затрещала, словно по швам, он узнал бы из тысячи, подобного громогласного баритона он ещё ни у кого не слышал.
- Вставай, я сказал! Да пошевеливайся! Придется мне в тебя вбить мозги, которых тебя лишили при рождении!
Юноша сначала сел на земле, обхватив голову руками и дергая себя за волосы, а потом, шатаясь, встал на ноги, в полный рост, как стоя на парапете. Опущенная голова, ссутулившиеся плечи служили доказательством его покорности, его подчинения перед этим крупным мужчиной в черных одеяниях. Подобное состояние было его вечным спутником, к которому он привык и беспрекословно подчинялся, понимая, что более чем на покорность он не способен.
- Подойди ко мне. И подними голову.
Юноша сделал все, как приказывал дядя.
Надо признать, что рука у его дяди была тяжелой. Сломанный нос Каина это подтвердил, но помимо этого, голова юноши, дернувшись от удара, затрещала так, словно была тряпкой, побывавшей в пасти у огромной, дикой собаки. В ушах звенело, глаза разбегались в стороны, а от сильного удара об землю во время падения он отшиб себе, похоже, оба колена.
Он стоял на коленях на земле, спиной к дяде, и держался рукой за сломанный нос, из которого на мостовую капали тяжелые капли крови.
- Запомни, пока ты не достиг своего совершеннолетия, ты подчиняешься старшим в роду. Твоя жизнь ничего не стоит, но если так решит кто-то из нас, а не ты, сопливый щенок!
Юноша закрыл глаза и сел на мостовой. К боли они привык, и даже в какой-то степени иногда мог ею наслаждаться, потому что кроме неё ничего не оставалось рядом.
Некоторое время он так простоял на земле, на четвереньках, утирая кровь рукавом своей шелковой белой рубашки. Дядя все это время был за его спиной, он будто врос в землю и превратился в каменную статую, дышащую властью, силой и безграничной жестокостью.
- Хватит утирать сопли. Поднимайся на ноги. Доложим твоему отцу о сегодняшнем происшествии, думаю он будет рад тебя видеть и слышать.
Звучащие в грозном голосе дяди нотки угрожающие и самодовольные нотки говорили о том, что юноше предстоит ночь пыток. И пытать его будет не он один…

[KsN]

ну вы блин даёте.
начинается тут механика кулака.
Вот что мне не нравилось всегда - так это демагогия на совершенно отвлечённые темы.
Векторы силы. Докатились. Вы может быть были в голове у автора, и видели как этот "дядя" бьёт? Нарисуете?
Тут дело даже не в том падает или нет, ломается нос или нет. Дело в том, верим ли мы словам автора или нет. Если нет, то хоть метафизикой доказывай. Всё равно.

И что, везде учат, как правильно носы ломать? Специальная техника есть?

Частота употребления слова "дядя" заставляет думать о том, что это не абстрактное прохожее лицо мужского пола, а брат кого-то из родителей.

Самое смешное, Вась, что так и есть) Это брат отца, судя по всему.


Извините, автор, за отступление.
В целом. Стилистически у вас получается солянка. Картинки не формируется. Ну и , конечно, замысел, и мотивы героев очень наивны. Так не бывает. Слишком карикатурно.

Удачи вам.

Сообщение отредактировал KsN - 21.10.2007, 1:35