У замка на холме расположились музыканты,
и отдыхая под деревьями от зноя, лениво обсуждали
вчерашний день и долгую дорогу
и вероятность нынешней удачи.
Потом один из них ушел,
чтобы узнать у здешнего сеньора - возможен ли приют
и не сгодятся ль для какой-нибудь работы
умеющие петь, актерствовать и сочинять геройские баллады.
Чтоб время как-то скоротать
рассказывать по очереди начал каждый
истории смешные, представляя
все в лицах и дурачась, вызывая тем
насмешки и аплодисменты,
а также массу посторонних добавлений,
что забавляло больше, чем рассказ.
Сопровождало данное веселье
бренчание на лютне. Кто-то
мелодию негромкую играл.
То прерывал, то выводил тягуче
усталым эхом что-то грустное как осень.
Потом повеселей явились звуки,
и кто-то даже начал подпевать.
Из этих музыкальных упражнений
вдруг как-то незаметно все сложилось
в довольно сносную идею,
которая понравилась другим.
А музыкант, чтоб мысль не потерять
сосредоточенно и осторожно
творил, угадывая звук пока что не рожденный,
но рвущийся на свет вдогонку за другим.
Все выше, выше! Птичьей песней
несется та мелодия и тает
средь солнца и лазури неба. Но
стать звонче, выше невозможно.
Последний всплеск ее бессильно исчезает. Вдруг
она подхвачена и крылья
несут ее к далеким звездам просто и легко.
Та высота, что недоступна инструменту
была достигнута. Девчонка-хохотушка
случайно рядом оказалась
и песню завершила без труда.
Махнув беспечно на прощание рукою ... Ушла.
*
*
*
В "Наброски" т.к. может и не конец.